show episodes
 
«Розенталь и Гильденстерн» — научно-популярный подкаст о русском языке и лингвистике. Почему мы ссоримся из-за слов? Почему нас раздражает речь окружающих? Что происходит с русским языком и не пора ли его спасать? Главный редактор портала «Грамота.ру», научный сотрудник Института русского языка РАН Владимир Пахомов и журналист Александр Садиков обсуждают, как устроен язык, как он меняется и почему мы готовы спорить об этом до потери голоса.
 
Отражение вселенной в теориях и гипотезах, наблюдениях и фактах - в спецпроекте радиостанции "Вести ФМ" и портала "Полит.РУ". Главные ньюсмейкеры самых разных областей науки на человеческом языке объясняют суть своих открытий. Убедительно. Общедоступно. Еженедельно. По субботам, в 23:16.
 
Loading …
show series
 
В школе обычно очень мало говорят о том, как появился русский язык. А нужно ли это? Зачем нагружать школьников сведениями о берестяных грамотах и реформах письменности? Выясняем, что пишут об истории языка в современных учебниках.Медуза / Meduza
 
После школы многие думают, что ударения в русском языке надо просто запомнить, а правильным может быть только один вариант. О том, что слова могут произноситься по-разному (и это не ошибка), обычно не говорят. Какие еще мифы об ударениях у нас со школы?Медуза / Meduza
 
О том, как расставлять запятые, тире и двоеточия, в школе говорят очень много, но пунктуация все равно иногда становится для нас непреодолимым препятствием. По каким законам живет русская пунктуация и какие главные изменения происходят в ней сегодня?Медуза / Meduza
 
Что не так с ЕГЭ по русскому языку и почему даже профессиональные филологи с трудом справляются с заданиями? Как экзамен можно улучшить? Говорим об этом с преподавателем русского языка, автором лингвистического блога «Истоки слова» Светланой Гурьяновой.Медуза / Meduza
 
Говорим о сложностях с одной и двумя «н». Чем «жаренная с грибами картошка» отличается от «жареной картошки с грибами»? Откуда взялись исключения стеклянный, оловянный и деревянный? И как в разные годы хотели изменить правило (но так и не смогли)?Медуза / Meduza
 
«Не» слитно или раздельно? А может, там вообще «ни»? В подкасте «Розенталь и Гильденстерн» ищем легкий способ запомнить правило (но, похоже, его нет). И выясняем, что «чайник долго не остывает» и «чайник долго остывает» — это не одно и то же.Медуза / Meduza
 
Ведущие подкаста «Розенталь и Гильденстерн» говорят о трудном правиле — «о» и «ё» после шипящих — и безуспешных попытках лингвистов его изменить. Почему правило противоречит принципам русской орфографии? И почему мы сопротивляемся любым его упрощениям?Медуза / Meduza
 
Кажется, в школе мало кто любил контрольные по русскому. Почему сейчас многие охотно идут писать диктанты? Как получить пятерку на Тотальном диктанте? И что это дает лингвистам: они выясняют, как низко упала грамотность (на самом деле нет)?Медуза / Meduza
 
На уроках русского нас заставляют разбирать слова по составу, но зачем это вообще нужно? Просто чтобы все было подчеркнуто? На самом деле это помогает правильно писать, разоблачать лингвофриков и позволяет понять, как появляются слова в языке.Медуза / Meduza
 
Четвертый сезон — о русском языке в школе. Во втором эпизоде обсуждаем части речи. Почему лингвисты не могут договориться, сколько в языке частей речи? Что такое категория состояния и почему в школе о ней умалчивают? И зачем вообще в этом разбираться?Медуза / Meduza
 
Начинаем четвертый сезон — будем говорить о русском языке в школе. Почему нас заставляют зубрить правила, но не объясняют, как устроен язык и как он меняется? В первом эпизоде обсуждаем, что не так с учебной программой и как ее можно изменить.Медуза / Meduza
 
В финале сезона ведущие отвечают на ваши вопросы. Нам пришло около 150 писем (спасибо вам большое!). Владимир Пахомов и Александр Садиков вернулись к спору о слове «кушать», обсудили модное выражение «мне зашло» и открыли для себя слово «копиенный».Медуза / Meduza
 
Зачем сегодня запоминать, кто такие деверь, сноха и ятровка? Как язык отражает изменения в современных семьях? Как правильно склонять фамилии и почему об этом так много споров? Предпоследний эпизод третьего сезона — о русском языке и семейных отношениях.Медуза / Meduza
 
Какое ударение в названии острова Бали и почему в словарях только Го́а, хотя все говорят Гоа́? Почему мы пишем загар, но глагол загорать им проверить нельзя? И когда уже экономкласс можно будет писать через дефис? Говорим о русском языке и путешествиях.Медуза / Meduza
 
Когда комментаторы перестанут называть бразильцев кудесниками мяча, тренеров — наставниками, а игроков «Арсенала» — канонирами? Как правильно писать — Олимпийские Игры или олимпийские игры? И откуда взялось слово торсида? Обсуждаем русский язык и спорт.Медуза / Meduza
 
С новыми гастрономическими трендами появляются новые слова и выражения, но лингвисты не всегда успевают за изменениями в языке. Когда уже в словарях появятся веганы? Почему фуд-корт через дефис, а фастфуд — слитно? Какого рода авокадо?Медуза / Meduza
 
Мы больше не говорим в телефон и не висим на нем. Зато мы смотрим кино на телефоне и раздражаемся, когда начинают разговор вопросом «вам удобно говорить?». Как технологии влияют на русский язык? Эпизод об истории слов и выражений, связанных с телефоном.Медуза / Meduza
 
Первый блин комам, то есть медведям; все языки произошли от русского; а Лондон — город, основанный казаками в лоне Дона. Все это примеры любительской лингвистики. Откуда берутся языковые мифы? И в чем опасность народной этимологии?Медуза / Meduza
 
Накатить, бахнуть, заложить за воротник — все мы знаем десятки синонимов глагола выпить. Зачем нам так много слов для обозначения одного процесса? Как запомнить ударения пригу́бить и отку́порить? Какого рода виски? Обсуждаем русский язык и алкоголь.Медуза / Meduza
 
Почему говорят «в Хельсинки», но «из Салоник»? Как все-таки правильно — Ко́ндопога или Кондопо́га? Надо ли склонять Купчино? Ведущие выясняют, как произносить названия городов. А еще с грустью сообщают, что нет больше в России реки Хероты.Медуза / Meduza
 
История слов, связанных с одеждой в русском языке, — это история заимствований. Как разобраться во всех свитшотах и худи? Чем советским лингвистам не угодили шорты? Почему лабутены все пишут через а? И кто такой «кутюр» в выражении от-кутюр?Медуза / Meduza
 
Почему оканье — это не когда во всех словах говорят «о»? А что такое яканье? Надо ли бороться с говорами? И сколько нужно времени, чтобы научиться различать все диалекты? Объясняет диалектолог Игорь Исаев в подкасте «Розенталь и Гильденстерн».Медуза / Meduza
 
Как появился мат и почему он стал запретным? Как от него избавиться (да и нужно ли)? И правда ли, что русские ругательства самые сильные в мире? Владимир Пахомов и Александр Садиков обсуждают мат, не произнося ни одного нецензурного слова.Медуза / Meduza
 
Деньги для многих запретная тема, и обсуждать их не принято, но почему тогда у нас так много поговорок о деньгах? И почему они такие разные: если не в деньгах счастье, зачем копейка рубль бережет? И все-таки в де́ньгах или в деньга́х? Биткоин или биткойн?Медуза / Meduza
 
Как устроена детская речь? Как дети конструируют слова и почему грамматика не может быть врожденной? А как мы сами говорили в детстве? Откуда в песне из «Трех мушкетеров» красавица по имени Икубку? В третьем эпизоде нового сезона обсуждаем детский язык.Медуза / Meduza
 
Речь политиков — находка для лингвистов. Что значит телебонить и отпентагонить? Почему Владимир Путин избегает местоимения «я»? И как власть манипулирует словами: почему взрыв стал хлопком, а катастрофа — жесткой посадкой?Медуза / Meduza
 
Третий сезон подкаста — о главных языковых трендах последних лет. Один выпуск — одна тема: например, язык и политика, язык и дети, язык и еда. Первый эпизод — о том, как мы говорим о сексе и отношениях. Почему для этого нет нейтральных слов?Медуза / Meduza
 
В последнем выпуске сезона Александр Садиков и Владимир Пахомов выясняют, зачем лингвистам корпусы текстов (или корпуса?) и чем эти ресурсы могут быть полезны тем, кто не занимается филологией профессионально. Также ведущие отвечают на ваши вопросы.Медуза / Meduza
 
Конфликт глобалистов и традиционалистов: как в нашей речи отражается множественность гендера? Как изменениям в языке и социуме противостоят религиозные сообщества? Рассказывает проректор Московской международной академии Алла Кирилина.Медуза / Meduza
 
Как быстро выучить несколько языков? Можно ли овладеть иностранным языком так, чтобы тебя принимали за своего? Какой язык дается труднее всего? И зачем вообще сегодня учить языки, когда есть машинный перевод? Интервью с полиглотом Аркадием Неделем.Медуза / Meduza
 
От цензора до менеджера: как изменилась роль книжного редактора? В одиннадцатом эпизоде второго сезона Владимир Пахомов и Александр Садиков выясняют, зачем великим писателям редакторы и почему сегодня редакторы становятся продюсерами книг.Медуза / Meduza
 
На фоне пандемии коронавируса в нашей речи появляется все больше новых слов: от санитайзера до ковидиотов. Коронавирус — это точно слово года? Какие неологизмы закрепятся в языке, а какие забудутся? Обсуждаем речевой портрет эпохи.Медуза / Meduza
 
Как на речь влияют происхождение, образование и друзья? Почему мы стали говорить супер вместо очень? Как мы реагируем на ошибки в речи окружающих? А язык рекламы еще воздействует на нас или к нему уже иммунитет? Обсуждаем стилистику и психолингвистику.Медуза / Meduza
 
Почему гендерная лингвистика — это не только феминитивы? Правда ли, что женщины чаще употребляют эвфемизмы, а мужчины всегда говорят напрямую? В новом эпизоде подкаста «Розенталь и Гильденстерн» обсуждаем стереотипы, словарь феминизма и менсплейнинг.Медуза / Meduza
 
Как разгораются речевые конфликты, что такое риторика ненависти и можно ли от нее защититься? Седьмой эпизод второго сезона — о языке вражды. В гостях у Александра Садикова и Владимира Пахомова лингвист Максим Кронгауз.Медуза / Meduza
 
Кто и как составляет словари и какие они вообще бывают? Почему в словарь попадает курку́ма (хотя никто так не говорит), а куркума́ — нет? Словарь диктует нам, как говорить, или только фиксирует то, как мы говорим? Обсуждаем с лингвистом Борисом Иомдиным.Медуза / Meduza
 
Пятый эпизод второго сезона — о том, как и зачем иностранцы учат русский язык. О своем опыте рассказывает шеф-редактор международной версии «Медузы» и автор подкаста The Naked Pravda Кевин Ротрок.Медуза / Meduza
 
Зачем переводчикам знать устройство оружия или детали женского белья? Как отличить хороший перевод от плохого? А что делать синхронисту, если он столкнулся с непереводимой игрой слов? В четвертом эпизоде второго сезона обсуждаем работу переводчиков.Медуза / Meduza
 
Научные доказательства или словесные манипуляции? Почему результаты экспертиз нередко провоцируют скандалы? Может ли заказчик повлиять на мнение экспертов? В третьем эпизоде второго сезона обсуждаем, кто и как проводит лингвистическую экспертизу в России.Медуза / Meduza
 
Когда мы сможем говорить с умными колонками так же легко, как Железный человек с Джарвисом? Почему до сих пор нет хорошего автоматического переводчика устной речи? Как словарь Зализняка помог настроить поисковые системы? Выпуск о компьютерной лингвистике.Медуза / Meduza
 
Второй сезон подкаста начинаем с разговора о том, как работает Справочная служба русского языка и зачем она нужна. В студии аспирантка Института русского языка РАН Екатерина Тупицына, которая проходит практику в справочной службе.Медуза / Meduza
 
Прошедший 2019 год – год юбилеев Пушкина (род. 1799) и Гете (1949). Конечно, были люди, ушедшие от нас, и это длинный список имен, но, если мы их помним , если они остались в делах, судьбах и планах людей, то они вместе с нами, также вместе с нами и Пушкин, и Гете, от этого никуда не уйдешь, – рассуждает Галина Якушева, доктор филологических наук, …
 
В чем разница сленга и жаргона? Жаргон — это обязательно что-то неприличное? Откуда взялась мода на слово крайний? Когда станут нормой тренера и шофера? В специальном выпуске подкаста Владимир Пахомов и Александр Садиков обсуждают профессиональный сленг.Медуза / Meduza
 
В финальном выпуске сезона ведущие Владимир Пахомов и Александр Садиков отвечают на вопросы слушателей, выбирают слово года и даже подводят итоги десятилетия для русского языка.Медуза / Meduza
 
Как менталитет и культура отражаются в речи? Почему мы носители одного языка, но у каждого все равно свой русский язык? Как кочует из поколения в поколение детский фольклор? И можно ли по тому, какие дразнилки мы знаем, определить, откуда мы родом?Медуза / Meduza
 
Откуда в нашем языке столько запятых, тире и двоеточий? Зачем в школе мы учим, что такое подлежащее и сказуемое, простые и сложные предложения, если нам это потом никогда не пригодится? Или пригодится? Обсуждаем, как изменился русский синтаксис.Медуза / Meduza
 
Когда и как появился русский язык? Почему Кирилл и Мефодий не изобретали кириллицу (и если не кириллицу, то что)? Чем отличаются старославянский и древнерусский? Почему современный русский язык начинается с Пушкина?Медуза / Meduza
 
Ведущие подкаста отправились на кладбище старых мемов, чтобы понять, почему они так быстро меняются и правда ли, что для нас сегодня мемы — то же, что для наших родителей цитаты из Грибоедова и «Покровских ворот».Медуза / Meduza
 
Что такое канцелярит и почему он похож на название болезни? Можно ли писать договоры простым языком? Откуда берутся речевые штампы и почему старожилы никогда ничего не помнят?Медуза / Meduza
 
Почти половину россиян раздражают слова-паразиты. Среди самых популярных лишних слов 2019 года называются блин и в принципе. Зачем нужны слова-паразиты и как они меняются со временем? Как перестать говорить ну, по ходу и это самое?Медуза / Meduza
 
Loading …

Краткое руководство

Google login Twitter login Classic login